3 сентября в России отмечают День Победы над милитаристской Японией и окончания Второй мировой войны. Одним из бойцов, воевавших на Забайкальском фронте, у самой границы со Страной восходящего солнца, был старший преподаватель МИФИ, декан Т-факультета Николай Вениаминович Борков. В первые же дни войны от аэродрома, к которому он был прикомандирован, и его летного состава почти ничего не осталось. Но будущий физик выжил.
Николай Борков подготовил курсы лекций по металловедению и коррозии металлов
Николай Борков родился в Москве 15 апреля 1921 года. После окончания школы поступил в МЭИ, но уже осенью был призван в Советскую Армию. Службу начал курсантом окружной Сещинской школы младших авиаспециалистов. Практические занятия проходили на знаменитом аэродроме в Сеще Брянской области, где впоследствии разворачивалось действие фильма «Вызываем огонь на себя».
Сещинский аэродром был крупнейшей авиабазой, прикрывавшей страну с запада. Именно поэтому в первые часы войны немецкая авиация нанесла по нему мощный удар, в результате которого почти все советские самолеты были уничтожены, так и не взлетев. Авиационные удары подкреплялись наступлением немецких сухопутных войск. Полк Боркова, неся огромные потери, под натиском противника отступил.
В сентябре 1941 года Николай Борков участвовал в обороне Москвы. Основными обязанностями младшего сержанта, стрелка-радиста, мастера по электрооборудованию самолетов были ремонт и подготовка машин к боевым вылетам.
В 1944 году Боркова отправили на Забайкальский фронт, к границе с Японией. Там он и встретил Великую Победу.
«Когда по радио объявили о капитуляции Германии, началась такая пальба из всех орудий, что удивительно, как люди на радостях сами себя не перестреляли», — вспоминал Борков.
Николай Борков был награжден медалями «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За победу над Германией», «За победу над Японией».
Кадр из фильма «Вызываем огонь на себя»
В 1946 году Борков демобилизовался и продолжил учебу, переведясь из МЭИ в МИФИ. После окончания ядерного университета стал старшим преподавателем кафедры № 9. Он вел научную работу, исследовал процессы коррозии реакторных материалов, провел ряд уникальных экспериментов по изучению механизма коррозии сплавов циркония, создал несколько учебных пособий по этой теме.
После защиты кандидатской диссертации Николай Вениаминович был назначен деканом факультета «Т» и стал доцентом кафедры «Физика твердого тела», где исследовал механизм взаимодействия лазерного излучения с металлом.
И коллеги-преподаватели, и студенты особенно отмечали интеллигентность и тактичность Боркова.
«Николай Вениаминович Борков, несмотря на свой почти двухметровый рост, был очень подвижным и энергичным человеком, да еще и обладал звучным шаляпинским голосом. Был строг, но необыкновенно справедлив и обаятелен. Я помню, как мы специально ходили смотреть, как он выбирается из своего "горбатого" "Запорожца" и несет огромные учебные плакаты и таблицы. Он был самым близким другом нашего первого ректора — Виктора Григорьевича Кириллова-Угрюмова, который попросил в 1959 году Боркова возглавить Т-факультет.
Борков, как человек высочайшей порядочности, долго отказывался в силу того, что его специальность — материаловедение, он читал нам лекции по вопросам коррозии в жидких и газовых средах — была далека от задач факультета теоретической физики. Но Кириллов-Угрюмов тогда сказал: "Ты мне нужен не как специалист по коррозии, а как организатор, с твоим четким военным характером"», — вспоминает выпускник МИФИ Валерий Мальцев.
От авиационного полка до университетской кафедры — путь Николая Боркова вместил войну, науку и десятилетия работы в МИФИ. Его история — часть большой летописи университета, в которой личная судьба человека неотделима от истории страны.
